CЕМЕЙСКИЕ - СТАРОВЕРЫ ЗАБАЙКАЛЬЯ

Новости История Современность Правила Храм Библиотека Молитвослов Календарь Ответы Наука Энциклопедия Паломник ЛицаОбщинаКостюмСсылкиГостевая

История

 

"Семейские Большого Куналея"

 

Хисамутдинов А.А. "Старообрядцы: из Россси в Америку через Китай"

 

Иеромонах Никита (Добронравов) "Старообрядцы Дальнего Востока в Китае. 1917-1958 гг."

 

В. В. Вяткин "Между Церковью и государством"

 

Г. П. Михайлов "Староверы, как колонизаторы Уссурийского края"

 

"Домовая роспись у семейских Забайкалья"

 

"Материалы по прославлению подвижников Церкви Христовой к освященному Собору 2009 года "

 

"10-летие освящения кафедерального собора во имя Рожества Пресвятыя Богородицы"

 

С. А. Белобородов "Австрийцы" на Урале и в Западной Сибири" (из истории РПСЦ)

 

С. Е. Деев "Правопре-емственность в старообрядческой белокриницкой иерархии"

 

Кирилл Товбин "Церковно-государственные отношения при Петре I "

 

Максим Гусев "Помедли, путник, Христа ради..."

 

Максим Гусев "Лестовка, подручник и книга..."

 

Максим Гусев "Как много дум наводит он..."

 

Галина Чебунина "Горсточку русских сослали..."

 

Краткая история об основании старообрядческого святительского престола

 

Очерки истории Рогожского кладбища в Москве

 

Ирина Будкина "Духовный капитал купцов Мальцевых"

 

Г.А. Мариничева "Хоры рогожского кладбища"

 

Владимир Богданов "Старообрядческое купечество"

 

Религиозный и политический идеал старообрядцев в трудах Ф.Е. Мельникова

 

О Феодоре дияконе московского собору

 

Глеб Чистяков "Русская Православная Старообрядческая Церковь"

 

320-летие мученической кончины священномученика и исповедника Аввакума

 

Мученический венец епископа Рафаила

 

Слово об исповеднике Мефодие, епископе Томском

 

Житие святаго священномученика и исповедника Павла, еписопа Коломенского

 

Горсточку русских сослали в страшную глушь за раскол

 

Старообрядческая община г. Улан-Удэ

 

Преосвященный Афанасий, епископ Иркутско-Амурский и всего Дальнего Востока

 

 

ДОМОВАЯ РОСПИСЬ У СЕМЕЙСКИХ ЗАБАЙКАЛЬЯ

Резьба и  роспись, наиболее яркие виды многогранного декоративного искусства (единого в своей основе), теснейшим образом связаны со всей материальной культурой и бытом семейских Забайкалья. Эстетические потребности находили свое удовлетворение в простых и повседневно необходимых вещах и предметах народного быта, практичность которых нередко сочеталась с высокой художественностью в оформлении.

Высокое мастерство народных умельцев нескольких поколений, основанное на глубоком знании лучших традиций предшествующих эпох и умелом использовании разнообразного строительного материала, позволяло им создавать теплые, просторные жилища, удобную и прочную мебель, долговечные в работе прялки, самопрялки, многие из которых по своей конструкции, форме, декоративным элементам являются подлинными произведениями народного искусства.

Жизненность художественных традиций и сохранение многих видов народного искусства до настоящего времени, хотя и в измененном виде, в значительной мере объясняется тем, что создателем его наряду с мастерами являются сами крестьяне, для которых связь этого искусства с бытом глубокая и необходимая традиция. Это относится к традициям украшения жилищ и мебели резьбой, а также росписью и окраской.

Забайкальская роспись сложилась на основе древних традиций русской резьбы и росписи, под влиянием искусства росписи украинцев. Сложность состава семейских - выходцев из разных мест России - отразилась в какой-то мере на многообразии стилей их росписи. Сказались также и тесные связи с бурятами и пришлыми мастерами.

Дальнейшее изучение домовой росписи, как и всего декоративно-прикладного искусства семейских, поможет решению вопросов происхождения и путей развития русской домовой росписи и русского народного искусства.

 Вместе с тем некоторые виды народного искусства исчезают. Это, на наш взгляд, не означает, что они всецело устарели и не могут быть использованы в современном прикладном искусстве. Так, изучение замечательных стенных росписей и росписей предметов быта и труда, бытовавших до 30-40-х годов ХХ в., показывает, что они при правильном отборе и использовании могут явиться источником для создания современных декоративных росписей общественных и жилых зданий, которые по праву завоевы­вают все большую популярность в нашей стране.

В последние годы в убранстве современного интерьера жилищ получила распространение цветная окраска стен и роспись. Это своеобразное возвращение к моде стенных росписей, но уже на новой современной, основе, показывает целесообразность глубокого специального исследования техники и приемов стенных росписей семейских, их орнамента и колорита.

Некоторые виды деревянной и плетеной мебели семейских, встроенные шкафы, комбинированные камоты и др. по своем практичности и удобству в быту могут быть использованы в создании  форм современной мебели  для  села.

Берестяные туески с росписью и тиснением, плетеные берестяные шевалки — корзины, блюда, практичность, прочность и красота которых объясняют многовековое существование их в быту русских крестьян, с не меньшей пользой и успехом могли бы служить как в городе, так и в селе.

Образцы народного искусства, прежде всего, интересны гармоничностью связи художественной формы с назначением предмета. Это самая ценная особенность искусства семейских делает его по настоящему живым и понятным.

Исследование богатейшего искусства семейских открывает возможности широкого использования его в современном декоративно-прикладном творчестве.

Ученые-исследователи о домовой росписи

 

Роспись по дереву - характерная для русских отрасль искусства - тесно связана со срубным жилищем и распространена на значительной территории расселения русского народа, особенно на Севере, в Поволжье и Сибири.

Искусствоведы и этнографы в своих работах в той и ли иной степени касались росписи русских северных изб, среднерусских, поволжских и сибирских жилищ.

Однако роспись русского крестьянского жилища до сих пор изучена мало, особенно ее происхождение на Севере и в средней полосе и пути ее дальнейшего распространения в Сибири. Домовой росписи северных изб были посвящены немного работ, одна из них - статья В. Шмаковой - указывает на различия в северной росписи домов и росписи бытовых предметов.

 

И.П. Работнова, В.М. Вишневская и Л.А. Кожевникова в своей статье отмечают связи искусства Севера с алтайским, находят много общего в росписях этих территорий.

Самыми значительными исследованиями в интересующей нас области являются труды Е.Э. Бломквист о восточнославянском жилище, о жилище алтайских старообрядцев, а также работы Н.И. Каплан и Е.А. Ащепкова, посвященные искусству русских Алтая и Западной Сибири.

Домовая роспись у русских крестьян распространилась, как полагают исследователи, не ранее XVII в.

XVII век известен как период расцвета художественной культуры Русского государства. В это время «орнамент спорит с сюжетными изображениями в росписях, он покрывает стены церквей и гражданских сооружений, он наносится на самые различные предметы быта». Наблюдается «подлинный расцвет многочисленных ремесел».

Об украшении резьбой и росписью жилищ привилегированных сословий в XVI-XVII вв. можно судить по работам Н.И. Костомарова и И.Е. Забелина.

Сибирские росписи не были предметом специального изучения, за исключением алтайских, и о них можно судить лишь по отрывочным данным в литературе. Так, Д.А. Болдырев-Казарин отмечает пышность и узорчатость сибирских домовых росписей. Сюжеты их главным образом растительного характера, но встречаются и на бытовые темы, например, сцены охоты, чаепития.

Е.Э. Бломквист описывает изображение Ермака на «кутной заборке» в Енисейской губернии. Жанровые сцены на «кутных заборках» в Приангарье отмечают Г.С. Маслова и Л.М. Сабурова, П.П. Хороших.

В связи с тем, что изучение сибирских росписей началось сравнительно недавно и многие образцы старой росписи погибли, трудно определить, где впервые она возникла. Однако Е.Э. Бломквист на основании сообщения Н.М. Ядринцева высказывает предположение, что на Алтае «польские» росписи были более ранними и что от поляков, возможно, они проникли на Южный Алтай и Бухтарминский край.
Некоторые исследователи полагают, что роспись была принесена пришлыми мастерами, но тогда возникает вопрос, почему она получила в Сибири наибольшее развитие в районах, населенных ссыльными старообрядцами. В конце XIX в. в Забайкалье и Бийском округе на Алтае росписью занимались пришлые « тюменские мастера, знакомые с украинским письмом».

Алтайские росписи относятся к концу XIX и началу XX вв. Изображе­ния птиц в этих росписях очень условны. Однако Н. И. Каплан обнаружила в них сходство с имеющимися на Алтае растениями и птицами. Бытовые сцены, а также изображения животных в алтайских росписях, крайне редки, но они все же встречались во второй половине XIX в.

Анализируя алтайские росписи, Н.И. Каплан и Е.Э. Бломквист находят в них много общего с росписями северных и среднерусских областей. Это объясняется, очевидно, тем, что русские переселенцы в Сибирь являлись выходцами из среднерусских и северных областей; позднейшие взаимовлияния шли через торговые и другие связи.

В.М. Вишневская в докладе на отчетной сессии, посвященной итогам полевых этнографических исследований в 1964 г., в Институте этнографии АН СССР, отметила связь северных росписей с алтайскими, увидев их общие истоки в новгородских фресковых росписях церквей, которые, в свою очередь, обнаруживают сходство с церковными росписями Киева XI в. (общность мотивов, линий, характерных запятых, белильных, оживок). Подтверждается это и тем, что одним из центров северной росписи было с. Новгородское, в котором работали и жили живописцы выходцы из Новгорода. И на Алтае также есть с. Каргопольское. живут переселенцы из г. Каргополя — известного центра северной росписи. Таким образом, намечается непрерывная цепь, связывающая сибирские росписи с древнейшими русскими росписями.

В росписи прослеживаются взаимовлияния культур русских и бурят. Исследователь бурятского бытового искусства А.В. Тумахани считает, что растительно-цветочная роспись масляными красками у западных бурят зародилась во второй половине XIX в. под непосредственным влиянием росписей русских и украинцев Иркутской области (села Голуметь, Иреть, Бажей, Иваническое). А исключительная пышность росписей на ящиках, божницах и других предметах быта забайкальских (восточных) бурят, как полагает автор, развилась под влиянием орнаментального искусства буддийского Востока (Тибета, Китая и Монголии). Но А.В. Тумахани не отмечает взаимосвязей забайкальских бурят и русских (семейских) в искусстве росписи, хотя они имели место.

 

Домовая роспись у семейских Забайкалья

 

Об украшении резьбой и росписью жилищ зажиточного русского населения известно уже в XVI-XVII вв. Большинство росписей тогда выполняли мастера-иконописцы, которые, как известно, были выходцами из крестьян.

В народной росписи тех времен иконописная манера письма и ее приемы прослеживаются на многочисленных бытовых предметах. Это нашло отражение и в крестьянском искусстве более позднего периода.

Домовая роспись семейских Забайкалья самобытна по своему характеру и сложна по происхождению, как сложна и сама история появления семейских за Байкалом.

Кроме особенностей, присущих только ей, семейская роспись имеет много общих черт (в узорах и их отдельных элементах, в манере письма) прежде всего с росписью русских Алтая, росписями Поволжья и Севера и даже в какой-то мере с украинской росписью. Объяснить взаимосвязи этого вида народного искусства и общность его истоков - трудная задача, так как изученность его крайне недостаточна.

Центры северной росписи (Северная Двина, Онега, Мезень, Пинега, Поморье), наиболее удаленные от основных торговых путей и менее затронутые капиталистическими преобразованиями, сохранили и в XIX в. многие традиции XVII-XVIII вв. Здесь долго бытуют полюбившиеся мотивы фантастических зверей и птиц (львы, единороги, птицы-сирены и т. п.), в сочетании с растительными узорами, и еще более древние геометрические мотивы, распространенные и в резьбе. Пышные вазоны, букеты, гирлянды, известные на Севере с XVII-XVIII вв., встречались вплоть до начала XX в. Росписи выполнялись в свободной кистевой манере живописным мазком с белильными «оживками».

Широко известны нижегородские росписи, отличные от северных. Они были распространены на территории нынешней Горьковской, южной части Костромской, части Владимирской, Ярославской, Московской областей и относятся главным образом к концу XVIII - началу XX вв. В этих росписях заметно некоторое приближение к реальности, отход от старых плоскостных приемов, стремление к изображению объема путем светлых оживок и тонального перехода красок. Так, в жанровых сценах мы находим всадников, пароходы, сцены из купеческой жизни, людей в городской одежде XIX в. и тут же традиционные фантастические образы птиц, зверей, полулюдей-полуживотных, которые в крестьянских росписях появились еще в XVII в., а, возможно, и раньше. Тем более что подобные изображения имели место в украшениях храмов Северо-Во­сточной Руси в XII-XIII вв. Эти фантастические изображения в домовой росписи могли быть заимствованы мастерами Поволжья, которые в конце XIX и первой четверти XX вв. нередко предпринимали «походы» в окружающие районы, заходя далеко на север и северо-запад.

Сибирская домовая роспись - одно из интереснейших явлений в русской крестьянской живописи. Степень распространения ее в разных областях Сибири неодинакова.

Основными центрами домовой росписи Сибири можно считать Алтай и Забайкалье, где были сосредоточены большие группы «польских» старообрядцев, переселенных в Сибирь из западных губерний России в XVIII в. Известно, что в Сибири старообрядцы долгое время сохраняли некоторые черты русского бытового уклада и художественной культуры XVII - XVIII вв.

Некоторые исследователи полагают, что роспись была принесена пришлыми мастерами, но тогда возникает вопрос, почему она получила в Сибири наибольшее развитие в районах, населенных ссыльными старообрядцами. Возможно, что эту традицию предки старообрядцев перенесли сначала в Польшу, где продолжали ее развивать в соседстве с искусством украинцев, а затем возродили ее в Сибири. Материалы Забайкалья подтверждают это предположение.

Небольшой круг датированных расписанных предметов и настенных росписей, сохранившихся у семейских, дают основание считать, что в середине XIX в. роспись уже широко бытовала у них. Расцвет в XIX в. таких художественных ремесел, как изготовление точеной расписной посуды, производство резных и расписных прялок и т. п., развитие резного декора в народном жилище Поволжья, оказали влияние на резьбу и роспись Сибири.

Известно, что семейские посещали сибирские ярмарки Верхнеудинска, Иркутска, а алтайские старообрядцы - даже Макарьевскую ярмарку (у Нижнего Новгорода), где и могли познакомиться с искусством росписи других областей и пригласить мастеров - «красильщиков» в свои края. Воспоминания о частых приходах «красильщиков» (так назы­вали художников), плотников из других мест до сих пор еще живут и в Забайкалье и на Алтае. В конце XIX в. в Забайкалье и Бийском округе на Алтае росписью занимались пришлые «тюменские мастера, знакомые с украинским письмом».

Забайкальская домовая роспись по своему характеру и стилю очень разнообразна. Прежде всего, надо отметить как бы два пласта в росписях изучаемых нами семейских селений XIX - начала XX в.

К древнейшему пласту мы относим геометрические и полурастительные мотивы, принадлежащие кисти женщин. Роспись семейских домохозяек, состоящая из простейших сочетаний геометрического и полурастительного характера, покрывает стены жилища и сеней, деревянный опечек, иногда верхнюю часть печи, потолок, пол, матицу, перегородки.

Основными мотивами женских росписей являются круги с большим количеством вписанных в них малых кругов, сегменты, «косачи», или «косари» (завитки разных форм), волнистые и прямые линии, кресты, уголки, розетки, «сосенки», клетки, состоящие из прямых, волнистых или пересекающихся по диагонали линий, точки, полуокружности и др.

Наиболее древним и распространенным является изображение круга. Мотив круга часто встречается и в росписях, относящихся к первой четверти XX в., на опечках, потолках, перегородках, стенах. Но внутрь круга стали вписывать розетки, цветы и листья.

Мотив вазона в росписях семейских возникает под влиянием пришлых мастеров, но он очень своеобразно перерабатывается: вазон изображается в виде простого горшка с выходящей из него сосенкой, но часто вазоны с букетами настолько причудливы и геометризованы, что трудно отнести их к мотивам растительного характера.

Второй, более поздний, пласт домовой забайкальской росписи характеризуется развитием растительных мотивов; она принадлежит кисти мастеров-профессионалов из среды семейских (в том числе женщин), ссыльных поселенцев и пришлых мастеров, работавших по найму.

Основной элемент этой росписи — тюльпан, выполненный двумя-тремя красками (от светлого к темному и наоборот), с большим количеством черных запятых - «агашек». Мотив тюльпана был широко распространен в растительных узорах на Севере и в среднерусских районах, но с начала XIX в. он стал вытесняться цветком розы. В Забайкалье тюльпанами расписывали до самого конца XIX в., хотя розоподобные цветы уже давно имели место в росписях многих мастеров.

Обнаружены настенные росписи с указанием года выполнения и именем автора в селах Куйтун, Десятниково, Большой Куналей, относящиеся к концу XIX в.

Жанровые сцены в росписях Забайкалья, как и Алтая, крайне редки. Нам только два раза встречалась роспись работы неизвестных мастеров с изображением животных и людей. Это сцена охоты в доме Т.И. Асташевой (с. Верхний Жирим) — пять охотников в черной и зеленой одеж­де (похожей на военную), с ружьями и рогатинами охотятся на медведей и тигра, и роспись в доме Ф.С. Филатова (с. Новый Заган), изображающая человека с кнутом, диких животных (козла, буйвола, леопарда, льва, сайгака, кабана), собаку и лошадь.

Наружная роспись дома не получила широкого распространения. В Забайкалье, как и на Алтае, расписывали одностворчатые ставни, наличники и двери. Основные узоры на ставнях - круг, розетка и сегменты по углам, букеты и вазоны. На наличниках чаще всего писали две ветки с плодами или цветами, раскинутыми из центра по обе стороны, и птиц («курочки», «петушки»).

Вазоны на дверях очень своеобразны. Нередко вазон заменяют огромным многоцветным кругом, традиционным для семейской росписи. Внутри жилища расписывали весь интерьер: стены и простенки, матицу, внутренние наличники, потолок, пол и деревянное опечье, мебель и другие предметы быта.

В конце XIX - начале XX вв. было модно расписывать все жилище как единый ансамбль, особенно среди зажиточной части населения. Для этого нанимали мастера, и он за определенную плату расписывал весь дом в течение одного - двух месяцев. В домах-связях особенно часто расписывали горницу, где принимали гостей. Сейчас эта более холодная половина дома нередко используется под кладовую, роспись же в ней остается нетронутой. В некоторых домах роспись выполня­лась двумя мастерами в разное время. Последний художник обычно заполнял места, оставшиеся пустыми, часто нарушая единый строй и гармонию всего ансамбля. В менее обеспеченных семьях нанимали расписывать только одну стену или опечек и дверь.

Традиция украшать росписью жилище, мебель, предметы быта повсеместно сохранялась в первой половине XX в., постепенно затухая в 1940 -1950-х гг. Женщины-домохозяйки и в наше время нередко украшают свое жилище и предметы быта излюбленными мотивами. С настенными росписями у семейских связаны их представления о красоте, особенно в среде старшего поколения, и потому росписи в некоторых домах бережно сохраняются. Но встречается и другая «современная» роспись, выполняемая в натуралистической манере, как подражание трафаретным и книжным рисункам. Характерна для современных семейских селений яркая, полихромная окраска дома и интерьера. Большое разнообразие и совершенство достигнуто окраске резных наличников и ставен. Сочетания двух-трех-четырех цветов стали обычными.

Декоративность и условность в изображении растительных и животных мотивов, как и в расцветке, одинаково характерна для Забайкалья, Алтая, Севера и Центральных районов. Повсеместно распространенные мотивы вазона, букета в Забайкалье рисовали в виде пышного куста с симметричным, а чаще асимметричным расположением цветов и листьев, тогда как на Алтае они изображаются в вертикальном плане.

Мотивы тюльпана, розоподобного цветка, удлиненные и каплевидные листья в Забайкалье встречаются так же часто, как и на Алтае. Птицы, напоминающие гусей, уток, павлинов, располагаются, как правило, у подножья вазона по обе стороны его (иногда это самец и самка) или в листве. Фон забайкальских росписей светлый, чаще белый, тогда как на Алтае преобладают интенсивно красный и синий.

Необычайно богатые и многоцветные забайкальские росписи, гармонирующие с яркой традиционной одеждой и внутренним убранством жилища семейских, как уже говорилось, напоминают украинские. Помимо древних связей с украинским искусством, отмеченных выше, могло иметь место и более позднее влияние украинцев, приходивших в Забайкалье в числе тюменских мастеров. Возможны связи и с украинцами Иркутской области.

 

«Женские» росписи у семейских Забайкалья

 

Среди росписей семейских мастеров особо выделяются росписи женщин.

В таких селах, как Десятниково, Большой Куналей, Нижний Жирим, многие домохозяйки считали роспись жилища своей домашней обязанностью. Хозяйка, умеющая украсить свой дом росписью, пользовалась особым уважением. Заимствуя друг у друга определенный круг элементов, мастерицы вносили много выдумки не только в изображение новых узоров, новых сочетаний, но и в подбор красок.

Обычно употреблялись желтая, черная, синяя, красная и коричневая краски. Делали их из покупных красок в порошке и глин, смешанных с олифой собственного изготовления. Чаще всего все элементы рисунка писали линией в ширину мазка кисти. Так же своеобразно разными красками заполняли внутренность кругов, ромбов, розеток, стилизованных цветов.

Для фона под роспись использовали особую смесь из молока, белил и извести. Пол под роспись покрывали коричневой или бордовой краской. Вместо кисточки пользовались туго скрученной бумагой или тканью, реже писали пальцем, что характерно и для украинских мастериц.

Забайкальскую роспись роднит с Украиной также то, что занимаются ею женщины-домохозяйки (в русской крестьянской живописи известны мастера-профессионалы мужчины, нередко знакомые с иконописным ремеслом). Отметим, что роспись на стенах жилища, характерная для Забайкалья, Алтая и Украины, не распространена в Поволжье и не типична для Русского Севера. Это удивительное родство с Украиной можно объяснить не только известной общностью происхождения культуры русских и украинцев, но и непосредственной близостью с украинским искусством в тот период, когда «семейские» жили в западной части России.

Роспись семейских домохозяек интересна и своей очевидной принадлежностью к ранним ступеням развития этого искусства у русских (хотя роспись подобного типа у других групп русского населения исследователями пока не отмечена). Однако это не означает, что она вообще не имела места, а напротив, подтверждает предположение о ее бытовании у русских крестьян. Подтверждает это и то обстоятельство, что для украинской народной росписи на ее раннем этапе типичны те же геометрические мотивы.

Зачастую, женщины - мастерицы росписи работали в своих селах по найму. В селах Куйтун и Надеино сохранились росписи Миладоры Малковой («Федорушки-красилыцицы») и ее дочери Натальи. Мотивы их росписей разнообразны. На стенах они изображали вазоны с огромными кустами-букетами, на потолках — орнаментальные композиции с правильным геометрическим расположением веток, птиц (цапли, журавли и т. п.), кругов и т. д.

Те же мотивы и на опечках. Писали они в свободной живописной манере с применением черных и белых «запятых», которые заметно оживляли узоры, но не придавали им объема. Листья, цветы, птицы и их окраска условны.

Росписи Л.С. Чистяковой (с. Десятниково) очень изящны. В ее букетах чувствуется явное приближение к реальному изображению

растительности, хотя оживки она совсем не применяла. Интересно, что все эти мастерицы в бордюрных обрамлениях применяли те же «косачи» или клетки, заполненные однообразными простыми узорами.

Женщины-домохозяйки и в наше время нередко украшают свое жилище и предметы быта излюбленными мотивами.

 

Росписи мастеров-мужчин

 

Росписи мастеров-мужчин из семейских сохранились во многих селах Тарбагатайского района Бурятии.

Каждый из них работал в своем селе, расписывая дома, мебель, прялки, туески. Отходничество в соседние села на заработки хотя и имело место, но не носило систематического характера.

Р.Ф. Русин из с. Нижний Жирим славился как столяр и красильщик. Расписанные им резная мебель, резные заготовки для «заборок» и наличников, прялки пользовались большим спросом у семейских. Гармоничное сочетание раскрашенной трехгранно-выемчатой и ногтевидной резьбы (круги, кресты, розетки) с растительной росписью на прялках позволяет говорить о таланте и большом вкусе мастера.

Шкафы, столы, кровати, прялки, изготовленные и расписанные другим, не менее известным мастером Д.П. Степановым, встречаются во многих домах с. Десятниково. Жители района помнят также красильщика по прозвищу «щеголь» из Большого Куналея, где жили и работали «богомазы» (иконописцы) С.А. Афанасьев из Бичуры, мастер Тараторин из с. Бар.

Пышные росписи этих мастеров, знакомых с традициями русской крестьянской живописи, интересны творческим подходом в построении росписи на стенах жилища и предметах быта, в выборе мотивов и подборе цвета. Это своеобразие было в какой-то степени подсказано окружающим миром.

Поэтому в вазонах, букетах, гирляндах часто встречаются маки (белые, желтые, красновато-оранжевые), тюльпановидные подснежники (фиолетово-белые), ромашки (белые, сиреневые), «жарки» (оранжевые), лилии или «масленки» (красные, желтые), саранки (красные и сиренево-розовые), незабудки (лиловые) и алые цветы шиповника. У одних мастеров изображения цветов реальны, у других условны, обобщенны, выполнены с произвольной окраской.

Многолепестковые и пятилепестковые цветы-розетки характерны для всех мастеров, как и стрельчатые и каплевидные листья, оттененные черными и белыми штрихами. Мотивы роз, виноградной лозы, не встречающихся во флоре Забайкалья и Сибири, очевидно, заимствованы семейскими у пришлых мастеров.

У Е.Э. Бломквист есть указание со ссылкой на С.И. Руденко, что в Забайкалье работали тюменские мастера. У семейских, по их воспоминаниям, расписывали «латыши», «вятские артели», «суздали», приходившие из «Расеи». К их приходу покрывали однотонной краской, чаще светлой, опечки, стены.

Пришлые мастера-красильщики виртуозно владели кистью, знали, как это показывают их работы, множество орнаментальных стилей и умело применяли их с учетом местных вкусов.

Были мастера по резному делу и красильщики из ссыльных, приписанных к разным семейским селам. В Каравановке жил ссыльный В.И. Зверев (вятский, по словам местных жителей), который работал по найму в Верхнем и Нижнем Жириме. Ссыльный Черников (умер в 1916 г.), владевший изящной манерой письма, расписывал дома богатых крестьян в Десятникове, Большом Куналее и других селах. В Надеино жил ссыльный столяр и красильщик Огурцов.

«Васенька-красильщик» (вятский), бежав из Нерчинска, долго жил, скрываемый местными властями, сначала в Хонхолое потом в Куйтуне. Работал он вместе с женой Марфой (из семейских), научив ее искусству росписи. Заимствования у ссыльных их манеры письма, отдельных узоров, очевидно, имели место. Так, роспись Федоры Майковой заметно перекликается с росписью «Васеньки».

Почти во всех селах района помнят художника Абрама Кармина, постоянно жившего сначала в Бурнашево, затем в Куйтуне. Большинство его росписей относится ко второй половине XIX в. Писал он крупным мазком. Основной его мотив - розы и листья, оттененные большим количеством густых белых в черных оживок, и, как дополнение, птицы со странно вытянутой подклювной частью головы и огромными глазами.

 

Влияние других культурных традиций на домовую роспись семейских Забайкалья

 

Очень важны культурные связи семейских с бурятами. Буряты часто строили дома для русских. Старики рассказывали, что до того как к ним стали приходить мастера-строители из России, у них дома строили буряты, быстро освоившие русскую строительную технику.

Семейские с уважением отзываются о бурятах-красильщиках Санжахе Суянове, Занхаряхе и его тесте Балдыныче из Красного Оронгая, мастере из Долги (имя неизвестно), росписи которых полюбились им. Расписные ансамбли «Балдыныча», выполненные на высоком художественном уровне, сохранились в Большом Куналее, Нижнем и Верхнем Жириме. Семейские говорят о нем, что это был настоящий мастер.

Расписывая на русский манер, буряты использовали особенности письма дацанской росписи, с которой, очевидно, были знакомы. Они иногда применяли известную им богатую тональность в переходах цвета. Но чаще причудливые формы цветов, плодов и листьев, подчеркнутые тонким контуром, изображались плоскостно. Характерны для них и изображения животных, выполненные в весьма своеобразной манере.

Однако, работая среди семейских, бурятские мастера не могли не заимствовать особенности русского письма. Это подтверждается сведениями А.В. Тумахани, а также нашими материалами.

Широкая связь семейских с выходцами из других областей и соседними народами, не вызывает удивления, хотя в литературе мы часто встречаем замечания относительно замкнутости и косности семейских. Сохраняя дедовские обычаи в быту, они не оставались равнодушными к достижениям своих соседей и охотно перенимали лучшее в способах ведения хозяйства, культуре, в то же время сохраняя и свои традиции. Известны также культурные взаимовлияния алтайских старообрядцев с алтайцами и казахами.

 

Изготовление олифы для росписи

 

Конопляное семя мыли, сушили, поджаривали, а затем толкли в больших стопах продолжительное время. Просевали и снова толкли до образования кусков. Куски на листах держали перед жаром печи, обрызгав их водой. После этого готовой массой наполняли мешки, связанные из конского волоса или конопляного волокна, туго завязывали их и закладывали в специальные станки.

Масло выжимали при помощи клиньев, которые постепенно вбивали в станок по обе стороны мешочка. Выжимали его в амбаре, куда не впускали даже детей, во избежание сглаза (иначе масло могло «не пойти»).

Натекшее в ведро масло наглухо закрывали в чугунах и топили долгое время. Готовность олифы проверялась пером, которое должно свернуться, если спустить в олифу. Краску в порошке растирали каменным пестиком, постепенно добавляя олифу до нужной густоты.

 

Библиография

 

Народное искусство русского населения регионов

1. Алексеев С. С. Декоративная живопись.- М, 1949.

2. Ащепков Е.А. Русское народное зодчество в Западной Сибири.- М.,1950.- С. 126—134.

3. Белоусова Е. Архитектура крестьянского жилища конца XVIII и первой по­ловины XIX в. в Горьковской области // Архитектурное наследство.- 1955.- №5.- С. 68.

4. Берг Н. Ф. Нечто о древности типа деревянных построек и резьбы в Важском крае//Памятники древней письменности.- СПб., 1882.

5. Билибин И.Я. Остатки искусства в русской деревне // Журнал для всех.- 1904. - № 10.

6. Бломквист Е.Э. Крестьянские постройки восточных славян // Труды института этнографии АН СССР. Т.31: Восточнославянский этнографический сборник. I.- Л., 1956 - C. 400—408.

7. Бломквист Е.Э. Постройки бухтарминских старообрядцев // Бухтарминские старообрядцы.- Л., 1930.

8. Богусловская И. Я. Резьба по дереву // Русское народ­ное искусство.- Л., 1959.

9. Болдырев-Казари Д.А. Народное искусство в Сибири.- Иркутск, 1889.- С. 5—15.

10. Большева К.А. Крестьянская живопись Заонежья // Крестьянское искусство СССР. - Л., 1927.- Т.1.- С. 56—61.

11. Василенко В. Л. Русская народная резьба и роспись по дереву XVIII- XX в. - Л., 1960.- 54 с.

12. Виноградов Г.С. Живопись крестьянская // Сибирская энциклопедия. - Но­восибирск, 1929. - Т.1. - С. 939—940.

13. Воронов В. Крестьянское искусство.- М., 1924.

14. Габе Р. Интерьер крестьянского жилища // Архитектурное наследство.- 1955.- № 5.- С. 81 —100.

15. Забелин И.Е. Черты самобытности в древнерусском зодчестве. - М., 1869.

16. 3абелло С. Костромская экспедиция // Архитектурное наследство.- М., 1955.

17. Истомин П.Г. Современное народное искусство на Севере // На Северной Двине: Сб. Арханг. о-ва краеведения.- Архангельск, 1924.

18. Каменская М. Н. Роспись по дереву // Декоративно-прикладное искусство. - М., 1963. - Т. 1.- С. 159—160.

19. Каплан Н.И. Очерки по народному искусству Алтая.- М., 1961.

20. Круглова О. Северодвинские находки // Декоративное искусство СССР.- 1960.- № 3.

21. Крестьянское искусство Севера (Об искусствоведческой экспедиции на русский Север).- Л., 1926.

22. Лебединский Б.И. Из наблюдений над крестьянским зодчеством Иркутского округа.- Иркутск, 1920.

23. Маслова Г. С. Этнографическое изучение русского на­селения Восточной Сибири/Г. С. Маслова, Л. М. Сабурова // Советская этнография.- 1958.- № 3.- С. 158.

24. Прокопьев Д.В. Живопись в крестьянском быту Городецкого уезда // Нижегородский краеведческий сборник.- Нижний Новгород, 1929. - Т.2. - С. 226-245.

25. Работнова И.П. Народное искусство Архангельской области/ И.П. Работнова, В.М. Вишневская, Л.А. Кожевникова // Сб. тр. Науч. - исслед. ин-та худож. пром-сти. - М., 1962. - Вып.1.- С. 3—10.

26. Романов К. К. Жилище в районе реки Пинеги // Крестьян­ское искусство СССР. - Л., 1927. - Т.2. - С. 25—26.

27. Соболев Н.Н. Русская народная резьба по дереву.- М.,1934.

28. Соловьев К.А. Жилище крестьян Дмитровского края.- Дмитров, 1930.

29. Чудновский С.Д. Раскольники на Алтае // Север­ный вестник.- 1890.- № 9.- С. 46.

30. Чураков С. Древнерусские стенописные орнаменты // Декоративное ис­кусство СССР. - 1958.- № 12.- С. 40.

31. Швецова М. Поляки Змеиногорского округа // Записки Западно-Сиб. Отд. РГО, кн. 26.- Омск, 1899.- С. 26—27.

32. Шмакова В. Расписывание избы на Северной Двине // Декоративное искусство СССР.- 1962.- № 8.- с. 30. 

 

Народное искусство семейских Забайкалья


1. Болонев Ф.Ф. Современное искусство семейских Забайкалья // Тезисы докладов всесоюз. науч. - практ. конф. «Национальные и социально-культурные процессы в СССР». – Омск, 1990.

2. Бураева С.В. Орнаментика в культуре кочевников и старообрядцев Забайкалья: архетипы традиционного сознания // Проблемы истории и культуры кочевых цивилизаций Центральной Азии: Материалы междунар. науч. конф. – Улан-Удэ, 2000. – Т. 2: История. Философия. Социология. Культорология и искусство. – С. 335-339.

3. Ильина-Охрименко Г.И. Народное искусство семейских Забайкалья XIX - ХХ веков: Резьба и роспись. – Улан-Удэ: Бурят. кн. изд-во, 1972. – 88 с.: ил.

4. Ильина-Охрименко Г.И. Русская домовая роспись Забайкалья // Сов. этнография. – 1965. – № 1. – С. 127-171.

5. Охрименко Г.И. К вопросу о бытовом искусстве семейских // Вопросы современного искусства Бурятии. – Улан-Удэ, 1961. – С. 131-144.

6. Охрименко Г.И. Народное декоративно-прикладное искусство русских (семейских) Забайкалья XIX-ХХ вв.: Автореф. дис. … канд. филол. наук. – М., 1968. – 29 с.

7. Охрименко Г.И. Резьба по дереву у семейских // Этнографический сборник / БКНИИ. – Улан-Удэ, 1961. – Вып. 2. – С. 71-84.

8. Охрименко Г.И. Об изучении современного быта семейских // Этнографический сборник. - Вып. 1. - Улан-Удэ, 1960.

9. Охрименко Г.И. О работе этнографического отряда // Этнографический сборник. Вып. 2.- Улан-Удэ, 1961.

10. Охрименко Г.И. Жилище русских Забайкалья (семейских) и его украшения // Труды ВСГИК. - Улан-Удэ, 1968.- Вып.5.

11. Охрименко Г.И. Материальная культура русских Забайкалья // Материальная культура и искусство народов Забайкалья. - Улан-Удэ, 1982.

12. Охрименко Г.И. Народные росписи Восточной Сибири // Искусство современной росписи по дереву и бересте Севера, Урала, и Сибири. - Москва, 1985.

13. Охрименко Г.И. Регион. Пространства культурной идентификации // Народная культура Приангарья.- Иркутск, 2003.- Вып.2.

14. Маковецкий И.В. Архитектура крестьянских построек у семейских // Этнографический сборник / БКНИИ. – 1962. – Вып. 3. – С. 138-149.

15. Маковецкий И.В. Архитектура русского народного жилища Забайкалья // Быт и искусство русского населения Восточной Сибири. – Новосибирск, 1975. – Ч. 2: Забайкалье. – С. 33-48.

 

© Национальная библиотека Республики Бурятия г. Улан-Удэ, 2005 год

 

e-mail автору проекта

  Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру