CЕМЕЙСКИЕ - СТАРОВЕРЫ ЗАБАЙКАЛЬЯ

Новости История Современность Правила Храм Библиотека Молитвослов Календарь Ответы Наука Энциклопедия Паломник ЛицаОбщинаКостюмСсылкиГостевая

История

 

"Семейские Большого Куналея"

 

Хисамутдинов А.А. "Старообрядцы: из Россси в Америку через Китай"

 

Иеромонах Никита (Добронравов) "Старообрядцы Дальнего Востока в Китае. 1917-1958 гг."

 

В. В. Вяткин "Между Церковью и государством"

 

Г. П. Михайлов "Староверы, как колонизаторы Уссурийского края"

 

"Домовая роспись у семейских Забайкалья"

 

"Материалы по прославлению подвижников Церкви Христовой к освященному Собору 2009 года "

 

"10-летие освящения кафедерального собора во имя Рожества Пресвятыя Богородицы"

 

С. А. Белобородов "Австрийцы" на Урале и в Западной Сибири" (из истории РПСЦ)

 

С. Е. Деев "Правопре-емственность в старообрядческой белокриницкой иерархии"

 

Кирилл Товбин "Церковно-государственные отношения при Петре I "

 

Максим Гусев "Помедли, путник, Христа ради..."

 

Максим Гусев "Лестовка, подручник и книга..."

 

Максим Гусев "Как много дум наводит он..."

 

Галина Чебунина "Горсточку русских сослали..."

 

Краткая история об основании старообрядческого святительского престола

 

Очерки истории Рогожского кладбища в Москве

 

Ирина Будкина "Духовный капитал купцов Мальцевых"

 

Г.А. Мариничева "Хоры рогожского кладбища"

 

Владимир Богданов "Старообрядческое купечество"

 

Религиозный и политический идеал старообрядцев в трудах Ф.Е. Мельникова

 

О Феодоре дияконе московского собору

 

Глеб Чистяков "Русская Православная Старообрядческая Церковь"

 

320-летие мученической кончины священномученика и исповедника Аввакума

 

Мученический венец епископа Рафаила

 

Слово об исповеднике Мефодие, епископе Томском

 

Житие святаго священномученика и исповедника Павла, еписопа Коломенского

 

Горсточку русских сослали в страшную глушь за раскол

 

Старообрядческая община г. Улан-Удэ

 

Преосвященный Афанасий, епископ Иркутско-Амурский и всего Дальнего Востока

 

Владимир Богданов

 

Старообрядческое купечество

 

 Церковный раскол середины ХVII века поправу считается одним из самых важных событий российской истории. В ХVIII, XIX и XX вв. можно говорить о различиях в мировосприятии, повседневной жизни между сторонниками Древлего благочестия и последователями Никона. Эти отличия оказались в значительной степени снивелированы в годы советской власти, однако сохранились до нашего времени.

Сильны были старообрядческие общины в Москве, Санкт-Петербурге, Нижнем Новгороде и во многих других городах. Их представители занимались торговлей и предпринимательством. Трудно определить долю, занимаемую стаообрядцами в купеческом сословии. Если взять московскую промышленную элиту конца XIX  века, то приверженцы древлего благочестия составляли в ней более 2/3. Некоторые фамилии, например Рябушинские, принадлежали сперва к "официальному православию", а затем перешли в старообрядчество.

Основную массу московского старообрядческого купечества составляли уроженцы Центральной России, пригородов и губерний, близких к первопрестольной. Так, Морозовы вышли из крепостных селя Зуева Богородского уезда Московской губернии, Хлудовы - из крестьян Егорьевского уезда Рязанской губернии и т.д. Предпринимателей -старообрядцев, имевших сибирское происхождение было не так много (Поздеевы и несколько других).

  

Макс Вебер в начале XX в. говорил о "духе капитализма", возникшем в Западной Европе в ходе Реформации, как об одной из главных причин становления буржуазных отношений. Первые протестанты проповедовали аскетизм в повседневной жизни, труд как главную цель человеческого бытия и считали себя "Божьими доверенными по управлению богатством". С течением времени "дух капитализма" менялся. Аскетизм заменился роскошью и жаждой наслаждений, труд во имя труда превратился в жажду наживы.

На Руси же веками складывался значительно отличающийся тип "русского хозяина". Аскетизм на Руси, связанный с постами, был не повседневным, а периодическим. Бедность в России (в отличие от Запада) никогда не считалась доказательством неугодности Богу, наоборот, бедных всегда примечали, старались помочь им (поэтому получило распространение такое явление как юродство). Рябушинский В.П. в эмиграции писал так: "Многих из нас когда-то Господь благословил богатством, а сейчас бедностью или даже нищетою. Это благословение, думается, еще выше". Любое состояние, воспринималось староверами как божественное благословение. Причем это относится, как к купцам-фабрикантам, так и к крестьянам.

Общественная и культурная деятельность российских старообрядцев неотделима от предпринимательских занятий: то и другое является разными проявлениями особого духовного склада, в основе которого лежит осознание ответственности за свое и общественное благо: богатство, ниспосланное Богом, не должно оставаться мертвым гузом, а должно приносить пользу его владельцам и обществу.

Здесь уместно вспомнить старообрядческий стих об Иоанне Крестителе, приведенный В.П. Рябушинским в его "Купечестве московском": "Сослал Господь четыре дара. Уж как первый дар - крест и молитву. Второй дар - любовь и милостыню. Третий дар - ночное моление. Четвертый дар - читательную книгу". Этот стих объясняет широкую благотворительность и коллекционерскую деятельность русского купечества. Первому дару - кресту и молитве служили церкви. Поэтому русский хозяйственный мужик и храмоздатель, по В.П. Рябушинскому, - почти синонимы. Второму дару, - любви и милостыни, - служили богадельни, больницы, даровые столовые. Третий дар, - ночное моление, - это иконы, собирание которых получило широкое распространение среди старообрядцев. Четвертый дар, - читательная книга: всем известно, какое внимание старообрядцы уделяют книгам.

Итак, предпринимательская деятельность старообрядцев, их общественные, благотворительные и коллекционерские занятия проистекают из одного: особого отношения к труду ("святой обязанности") и богатству.

  

Многие из купцов начинали с торговли. Так Иван Иванович Хлудов, переселившийся в Москву после войны 1812 г. имел сперва небольшую лавку на Швивой Горке (близ Таганки), затем в 1836 г. приобрел амбар в Гостином дворе за № 93, чем и положил начало знаменитому на всю Россию тортовому дому. Михаил Яковлевич Рябушинский начинял с того, что торговал холщовыми, бумажными и шерстяными изделиями, скупая их у крестьян и ремесленников, затем сам стал раздавать кустарям материал и заказывать у них товар. Сын его, Павел Михайлович в 1844 г. приобрел в Холщовом ряду в Китай-городе лавку № 24. После Рябушинские владели еще несколькими лавками, которые затем были проданы ими в 1871 г. купцу В.И. Меньшеву.

Дня предпринимателей-старообрядцев был возможен и другой способ основания дела. Старообрядческая община выбирала из своей среды талантливого, предприимчивого человека, снабжала его начальным капиталом и тот становился купцом. Видимо, так произошло со знаменитыми Гучковыми.

Среди старообрядцев - предпринимателей также было популярно откупное дело, когда предприниматель получал разрешение на продажу спиртного с определенной территории. Имя Василия Александровича Кокорева, заработавшего на винных откупах миллионы, было известно всей России.

Легкая промышленность, а точнее текстиль, была традиционно ведущей отраслью в Москве. Именно она давала возможность быстрого роста капитала. По этой причине большинство московских предпринимателей, и не только старообрядцев, так или иначе оказывались с ней связаны. Так после смерти Ивана Ивановича Хлудова, его сыновья открыли собственное бумагопрядильное производство в Егорьевске в 1845 г., а в 1874 г. основали Паевое товарищество Егорьевской мануфактуры. Истоки богатства Рябушинских тоже лежат в легкой промышленности: еще Михаил Яковлевич в 1846 г. открыл небольшую фабрику. Текстильными магнатами были и Морозовы, разделившиеся на четыре ветви: Викуловичей, Захаровичей, Абрамовичей и Тимофеевичей. Они владели соответственно такими текстильными предприятиями, как "Товарищество Викулы Морозова с сыновьями", "Контора Богородско-Глуховской мануфактуры", "Товарищество Тверской мануфактуры" и "Товарищество Никольской мануфактуры Саввы Морозова сын н Ко.". Одна из дочерей Елисея Викуловича была замужем за ткацким фабрикантом В.А. Горбуновым, также старообрядцем. На текстиле зиждилось богатство и Коноваловых, и Алексеевых и многих других фамилий.

Старообрядец Матвей Сидорович Кузнецов 1864 г. объединил все предприятия уже тогда многочисленной семьи Кузнецовых и стал "королем фарфора". Именно этому предпринимателю, потомку гжельских мастеров, удалось стать монополистом в своей отрасли и получить почетное звание "Поставщик Двора Его Императорского Величества".

Среди российских старообрядцев был очень популярен ямской промысел, а также содержание гостиниц и постоялых дворов. Уже упоминаемый В.А. Кокорев в первопрестольной был известен и своим "Кокоревским подворьем", то есть гостиницей. К тому же В.А. Кокорев был первым в мире человеком, организовавшим добычу нефти и массовое ее промышленное использование. Он первым обратил внимание на Бакинский регион и тем самым способствовал его развитию. Одним из первых нефтепромышленников был и старообрядец Сидор Мартынович Шибаев.

Крупнейшими московскими чаеторговцами были представители семьи Боткиных. Начало этой семьи также связано со старообрядчеством, впоследствии из фамилии Боткиных вышли известные коллекционеры, художники и врачи. Основатель дела, Петр Кононович, происходил из посадских людей г. Торопца, затем стал купцом первой гильдии и почетным гражданином Москвы.

Весьма распространенным среди старообрядцев было банковское дело. Кредитные и ссудно-сберегательные общества и организации, основанные старообрядцами, отличались устойчивостью и значительным ростом капитала. Это, как правило, были небольшие, но весьма надежные организации. Самым крупным предприятием подобного рода, да и вообще одним из самых крупных российских банков, был банк Рябушинских. В 1902 г. ими был основан собственный торговый дом, положивший затем начало Московскому банку. Кроме этого, Рябушинские вкладывали огромные деньги в развитие железнодорожного транспорта, а в годы Первой мировой войны наладили выпуск отечественных автомобилей.

В среде старообрядцев была развита и такая специфическая форма деятельности, как торговля иконами и церковной утварью. Однако ее нельзя назвать основным источником доходов. Как правило, она была следствием коллекционирования и собирательства: что-то обменивалось, что-то продавалось, что-то приобреталось и т.д. На всю Москву было известно имя Тихона Федоровича Большакова, а затем его сына Сергея Тихоновича. Они занимались, помимо торговли кожевенным товаром, собиранием и продажей старинных вещей (их лавка находилась на углу Старой площади и Варварских ворот). Объектом его купли-продажи были старопечатные книги, редкие монеты, изысканная посуда, предметы церковной утвари и т.д. После смерти Т.Ф. Большакова часть рукописей его коллекции была продана Румянцевскому музею (ныне Российская Государственная Публичная библиотека). Теперь в РГБ храниться 435 рукописей этого уникального московского собрания. Однако С.Т. Большаков продолжил дело отца, как торговлю кожевенным товаром, так и собирание, обмен и продажу предметов старины. Среди его постоянных клиентов следует назвать выдающегося собирателя, сотрудника Исторического Музея А.В. Орешникова и знаменитого промышленника А.И. Морозова, также старообрядца. Рядом с именем С.Т. Большакова стоят имена старообрядцев Егора Егоровича Егорова и Михаила Ивановича Тюлина, также связанных с продажей икон и прочих старинных вещей, преимущественно из церковной утвари. Их собрания впоследствии пополнили коллекции крупнейших музеев и библиотек Москвы. Благодаря деятельности их обладателей были украшены многие старообрядческие храмы первопрестольной и Подмосковья.

Для большинства старообрядческих фирм было характерно стремление к созданию крупных предприятий. Кроме того, некоторыми фамилиями были основаны в чистом виде монополии, существовавшие на протяжении долгого времени (яркий пример этому, но далеко не единственный, - династия "фарфоровых королей" Кузнецовых).

Создание ими крупных предприятий проистекает из трех взаимосвязанных причин. Первая - почитание труда как главной цели бытия. Предприниматели-старообрядцы никогда не останавливались на достигнутом, постоянно наращивали производство, но располагая крупными средствами, не попадали под власть денег, а использовали их на общественное благо. Вторая причина состоит в том, что из-за враждебное окружение, для выживания, им было необходимо стать богаче и предприимчивей всех остальных. Благодаря принадлежности Рогожской и Преображенской общинам, Морозовы, Рябушинские, Гучковы и другие могли рассчитывать на разветвленную сеть посредников: извозчиков, хозяев постоялых дворов и т.д.

  

Коллекционерство было другой сферой деятельности купеческого сословия. Выше уже писалось о деятельности отца и сына Большаковых. С середины ХIХ века начиняют формироваться частные купеческие собрания: "Каждый молодей, на свой образец", и выражалось это в том, что у каждого "молодца" кроме его дела есть еще что-то, чем он занимается со страстью. Назовем это "что-то" любительством. Иногда оно превращается в центр жизни..." - писал В.П. Рябушинский в "Купечестве московском". Порой частные коллекции приносили больше славы семье, чем родовые предприятия. На поприще коллекционерства прославила себя не одна московская купеческая династия.

В XIX в. семья Хлудовых была знаменита не только и даже не столько своей торговой и промышленной деятельностью, сколько своими замечательными коллекциями. Так, Алексей Иванович Хлудов, третий сын основателя династии, создал большое собрание русских рукописей и старопечатных книг. В его коллекции были такие памятники древнерусской книжности, как "Просветитель" Иосифа Волоцкого, сочинения Максима Грека, произведения Иоанна Дамаскина в переводе князя А.И. Курбского. Все собрание А.И. Хлудова насчитывало 430 рукописей и 624 старопечатные книги. Согласно завещанию владельца это богатство было передано в Никольский единоверческий монастырь, где хранилось до 1917 г. после попало в Исторический музей. Здесь уникальное собрание составило отдельную Хлудовскую библиотеку. Сорок рукописей еще при жизни владельца были переданы им в Румянцевский музей (ныне Российская Государевенная Библиотека). Таким же образом поступил и Е.Е. Егоров: вся его удивительная коллекция икон была безвозмездно передана Историческому музею.

Вторым таким уникальным собранием была коллекция купца первой гильдии Ивана Никитича Царского. Выдагощийся историк М.П. Погодин писал об И.Н. Царском, что тот "...во всю свою жизнь уделял часть своих избытков не на мраморные стены, не на бархатные подушки, не на золотые карнизы, не на лихих рысаков, и златокованую сбрую, но на собирание и сохранение драгоценных отечественных памятников во славу Отечества". В его коллекции были житийная литература, древние рукописи, старопечатные книги, актовый материал и т.д. По завещанию И.Н. Царского 240 юридических актов было передано в дар Обществу истории и древностей российских и 100 актов Археографической комиссии. После смерти собирателя коллекция старопечатных книг была приобретена В.П. Орловым-Давыдовым, а в 1917 г. все его богатейшее собрание воссоединилось в Историческом музее, где находится и но сию пору.

Однако не только собиранием "старины" прославились старообрядцы.

Так, Герасим Иванович Хлудов, брат Алексея Ивановича, собирал картины, и преимущественно русской школы. Начало его собранию положила картина, купленная в 1851 году художника Перова под названием "Приезд станового на следование". В 60-е годы его коллекция пополнилась работами Брюллова, Федотова, Айвазовского и других художников. После смерти Г.И. Хлудова все собрание было разделено между его наследниками.

Боткины также были известными коллекционерами. Почти все сыновья Петра Кононовича прославили себя в этой области. Однако особо известно собрание Дмитрия Петровича Боткина. Он с молодых годов собирал преимущественно западноевропейскую живопись: Добиньи ("Сумерки"), Коро ("Берега Сены"), Курбе ("Отлив") и т.д. Однако в его собрании находились и произведения русских мастеров: А.А. Иванова (вариант-повторение "Явления Христа народу", "Окрестности Рима"), В.Г. Петрова ("Учитель рисования"), И.Н. Крамского, В.И. Поленова, В.В. Верещагина и других. Сначала удивительная коллекция, признанная наряду с Третьяковской и Солдатенковской галереями, одной из достопримечательностей Москвы, располагалась в Петроверигском переулке. После Д.П. Боткиным был приобретен особняк на Покровке, принадлежавший ранее банкиру и коллекционеру А.Ф. Марку, в залах которого и разместилось уникальное собрание. Боткинскую галерею могли посещать все желающие. После смерти С.П. Боткина часть его коллекции оказалась за границей.

Родственники и друзья Д.П. Боткина, братья П.М. и С.М. Третьяковы, прославились собранной их стараниями уникальной галереи. П.А. Бурышкин в "Москве купеческой" писал, что Павел Михайлович Третьяков видел в своем собирательстве "своего рода миссию, возложенную на него Проведением". Однако мало кто знает, что этими предпринимателями-старообрядцами была сформирована еще и удивительная коллекция русских икон. Как известно, 15 августа 1893 г. была открыта "Московская городская галерея Павла и Сергея Михайловича Третьяковых".

Коллекцией икон прославился и Степан Павлович Рябушинский, а братья его Михаил и Никола собранием русской и западноевропейской живописи. Однако судьба их коллекций сложилась по-разному. Михаил Петрович вместе с такими собирателями, как В. О. Гиршман, И.И. Трояновский, А.П. Боткиной, Е.В. Борисовой-Мусатовой и др., чтобы уберечь свое детище, передал его Третьяковской галерее. Коллекция Николай Петровича была национализирована и распределена по государственным музеям. Сам он до 1922 г. оставался в Москве в качестве консультанта и оценщика произведений искусства, а затем эмигрировал. Аналогичная судьба постигла и собрание икон Степана Павловича: 54 иконы поступили в Третьяковскую галерею, другие - в Исторический музей и Оружейную палату.

Известным издателем, библиофилом, собирателем русской живописи и прочего. Был Козьма Терентьевич Солдатенков. Считается, что первой картиной в его собрании стала  "Вирсавия" Карла Брюллова, купленная в 1852 г. Им коллекционировались картины преимущественно русских художников, галерея, им созданная, была одной из художественных достопримечательностей первопрестольной и была открыта для всеобщего обозрения. После смерти К.Т. Солдатенкова вся его коллекция картин (269 произведений) и огромная библиотека (свыше 20 тыс. томов) были завещаны Румянцевскому музею. После расформирования музея картины перешли в Третьяковскую галерею и Русский музей, а книги попали в библиотеку им. В.И. Ленина, (современная РТБ). Основная часть икон была передана им Покровскому собору Рогожского кладбища, где и сохраняется доныне.

  

Однако многие представители купеческого сословия не ограничивали себя рамками производства, и даже в коллекционерстве не видели выхода своей энергии. Многие уходили в общественную деятельность, науку, искусство, занимались благотворительностью.

Интересно, что старообрядческий мир дал Москве двух замечательных театральных деятелей: Сергея Ивановича Зимина и Константина Сергеевича Алексеева (Станиславского).

Кроме тою, знаменитый Алексей Александрович Бахрушин, прославивший свое имя благотворительностью и созданием театрального музея также был близок старообрядцам.

На всю Москву была известна частная опера Зиминых. Будучи потомками крестьян деревни Зуево Богородского уезда Московской губернии, они в течении столетия владели шелкоткацкой фабрикой и в 1884 г. открыли фирму "Товарищество Зуевской мануфактуры Ивана Никитича Зимина". Сыновья и внуки Ивана Никитича: Леонтий, Григорий, Иван, Сергей и Александр и дети Леонтия Ивановича: Никола, Иван, Алексей, Сергей, Александр, Владимир и Василий - расширили свое производство за счет основанных ими ситценабивной и бумаго-прядильно-ткацкой фабрик.

Третий сын основателя Товарищества, Сергей Иванович, участвовал в семейном предприятии менее своих родственников. Он-то и стал основателем частной Зиминской оперы, просуществовавшей под разными названиями с 1904 по 1924 год. Его дом располагался на Малой Алексеевской улице, переименованной в советское время в Малую Коммунистическую, напротив храма Мартина-исповедника. В особняке часто бывали Ф.И. Шаляпин и Л.В. Собинов, любившие петь в опере Зимина. Частная опера С.И. Зимина была настолько популярна, что соперничала с императорской. Сам Сергей Иванович вкладывал огромные деньги в свое детище и воспитал не мало талантливых певцов. Многие из них в последствии блестали на советской оперной сцене. Кроме того, он создал великолепный художественный музей, в котором были картины И. Билибина, Ап. Васнецова, К. Коровина и других. Однако он так и не построил отдельного здания для своего музея и снимал под него девять залов в одном доме, все средства уходили на оперу.

О театре К.С. Станиславского написано очень много. Существует много работ о Станиславском как режиссере, актере, общественном деятеле, но, к сожалению, все забывают о том, что МХАТ изначально был лишь его увлечением. К.С. Алексеев (Станиславский) в первую очередь талантливейший предприниматель, глава семейной фирмы и прочее. На его средства был проведен первый телеграф между Санкт-Петербургом и Кронштадтом, на его предприятиях опробовались научно-технические новшества того времени, сам он был видным экономистом. Следует также отметить, что, будучи во главе созданного им театра, он не выплачивал зарплаты ни себе, ни своей жене. Только после революции театр стал главным занятием жизни К.С. Станиславского.

Уже упоминаемый Козьма Терентьевич Солдатенков, знаменитый московский предприниматель, меценат, книгоиздатель и коллекционер, тоже имел собственный театр. Однако более всего он был известен своей благотворительностью. На его средства были открыты больницы, детские приюты и т.д. Большая денежная сумма была им завещана городу на устройство благотворительных учреждений.

Известными московскими благотворителями были и Хлудовы. Представители этой династии основали такие учреждения, как:

- богадельня им. Герасима Ивановича Хлудова;

- палаты для неизлечимо больных женщин;

- бесплатные квартиры им. П.Д. Хлудовой;

- бесплатные квартиры им Константина и Елены Прохоровых:

- ремесленная школа,

- детская больница им. М.А. Хлудова (являлась университетской клиникой по детским болезням).

Не меньший список можно привести, говоря о деятельности Бахрушиных. Они основали в Москве около полутора десятков благотворительных учреждений. Многие представители этой фамилии были награждены орденами и медалями за свою филантропическую деятельность.

Большое внимание предприниматели уделяли просвещению рабочих. Помимо устройства школ и других просветительских учреждений ими проводились духовно-нравственные чтения на самих предприятиях. Особенно этим были знамениты Морозовы - владельцы Богородско-Глуховской мануфактуры.

  

Кроме коллекционерства и благотворительности предприниматели прославили себя и как общественные деятели. Если в начале ХIХ века их общественная деятельность ограничивалась рамками общны, лишь изредка выходив за ее пределы, то в середине века она охватывает ряд крупнейших городов, а к концу века, - всю страну. Примером этому могут служить Гучковы, знаменитые прихожане Преображенки (Федор Гучков - управлял всеми делами этой общины), Рахмановы и Рябушинские, знаменитые прихожане Рогожки. В начале XX в. старообрядцы вошли и в Государственную Думу: И.Л. Спирин, Д.П. Гулькин, Ф.Н. Чиликин, И.Л. Мерзляков, М.К. Ермолаев. Активизации их общественной и политической деятельности способствовало введение веротерпимости в 1905-1906 гг.

Общественной деятельностью гораздо в большей степени, нежели промышленной, были известны фабрикаты Гучковы. Потомки дворовых людей надворной советницы Белавиной, помещицы Малоярославецкого уезда Калужской губернии, братья Александр и Николай Ивановичи были крупными политическими деятелями. Николай Иванович семь лет состоял городским головою (1905 - 1912 гг.); именно при нем московское городское управление стало первым во всей России. После избрание на пост городского главы князя Львова продолжил свою работу как гласный (спикер) столичной Думы.

Его брат, Александр Иванович, был личностью легендарной. Получив университетское образование, он активно участвовал в торговых делах семьи и прославился как незаурядный политик. Во время Англо-бурской войны он сражался в рядах буров и был довольно серьезно ранен, в 1903 г. во время Македонского восстания оказался в Македонии, в 1904-1905 гг. во время русско-японской войны находился на театре военных действий в качестве уполномоченного Красного креста и был взят в плен в сражении при Мукдене. После возвращения в Россию был избран председателем третьей Государственной Думы, а в годы Первой Мировой войны стал председателем Военно-промышленного комитета и военным министром во Временном правительстве.

История семьи Гучковых очень схожа с историей семьи Коноваловых, также давших России крупных политических и общественных деятелей. Начало этой промышленной династии даже нашло свое отражение в литературе: о нем писал П.И. Мельников-Печерский в романах "В лесах" и "На горах". Самым известным представителем семьи Коноваловых был Александр Иванович Коновалов. (1875-1948). Он окончил Московский университет, работал на фабриках в Мюльгаузене и Эльзасе (Германия). По возвращении из-за границы в 1897 г. активно включился в общественную и политическую жизнь: он стал заместителем председателя Биржевого комитета, в 1912 г. практически возглавил партию прогрессистов в 4-й Государственной Думе. В 1915 - 1916 гг. был выбран заместителем председателя Центрального военно-промышленного комитета. В марте - июне 1917 г. занимал  пост министра торговли и промышленности, в октябре - заместителя председателя Временного правительства. После Октябрьской революции эмигрировал за границу, скончался в Нью-Йорке.

Среда московских старообрядцев дала России многих замечательных деятелей науки. Великие русские медики Боткины происходили из семьи приверженцев древлего благочестия. Английский историк, профессор Кембриджского университета, Сергей Александрович Коновалов (1899-1978), был сыном уже упомянутого А.И. Коновалова. Знаменитый российский историк академик Борис Александрович Рыбаков (1908 г.р.) сын Александра Степановича Рыбакова, директора Старообрядческого Учительского института на Рогожке, ныне преподаватель МГУ им. Ломоносова. В свою очередь учителем Б.А. Рыбакова был великий ученый Сергей Владимирович Бахрушин (1882-1950), член-корреспондент АН СССР - потомок того самого знаменитого московского купеческого рода.

Конечно, настоящий очерк не претендует на полноту. Даже представители именитого старообрядческого купечества здесь названы не все. Однако, этого достаточно для представления той роли, которую играли его представители в жизни Москвы и России.

 

e-mail автору проекта